Золотое правило Владимира Гальцова. Почему учитель не ушёл из профессии в лихие 90-е

12.09.2019 3:39 0

Золотое правило Владимира Гальцова. Почему учитель не ушёл из профессии в лихие 90-е

Волновался перед первым уроком страшно! Потому и запомнил тот день. Через полгода, весной 1977-го, ученики с сожалением провожали молодого учителя в Белгород – поступать в автошколу ДОСААФ, а затем в пединститут, где как раз открылся историко-филологический факультет. Гальцов вошёл в число его первых студентов. Владимир Николаевич по‑прежнему волнуется перед каждым своим уроком. Но ученики об этом не догадываются. Они вообще много чего не знают о любимом (судя по отзывам в соцсетях) учителе. Хотя секретов у него нет.

Выбор с детства

— Владимир Николаевич, вы с такой настойчивостью шли к своей профессии! Почему?

— Мой отец, Николай Никитович, был учителем истории, директором школы. Выбор мой с детства определился. Я ведь вырос в школе, на уроках сидел, на педсоветах – отец меня всюду с собой брал. К тому же он воевал, рассказывал о войне много, это меня увлекало.

— Со стороны посмотреть – учитель изо дня в день, из года в год повторяет детям один и тот же материал. Разве это не рутина? Где тут место волнению?

— Вот чего я точно не скажу про школу – что здесь всё одно и то же. День на день не похож, урок на урок. Абсолютно. Тем более история. Я пришёл сюда работать в 1987 году, ещё был советский учебник. Проходит время – перестройка, развал Союза, единых учебников практически нет, но питательная среда о-го-го какая! Материал меняется.

Был период, когда в школе было десять пятых классов. И тогда одинаковых уроков не получалось вообще! Первый – на ощупь. Не всё получается – что‑то пошло, что‑то тормознулось. Один класс посильней, другой послабей. А в этом классе девочек больше, а они слабо ориентируются, например, в военных названиях – значит, ту же тему нужно по‑другому преподнести. Зато к десятому уроку всё гладенько, даже время остаётся, чтобы повторить, на вопросы ответить. Это всё с опытом приходит.

— Удачный урок – когда отдача от детей есть или когда вы внутренне собой довольны?

— Когда всё это совпадает. Подходит ребёнок, говорит: «Спасибо за урок». Представляете? Нечасто это слышу, но бывает. Значит, что‑то пролетело, где‑то бабочки появились у него.

Пока дети меня слушают, идут за советом ко мне. Теперь мои выпускники ведут ко мне уже своих детей – мне приятно. Это тоже оценка труда.

Золотое правило Владимира Гальцова. Почему учитель не ушёл из профессии в лихие 90-еФото Владимира Юрченко

Глоток свежего воздуха

— Вы знаете, какое у вас прозвище среди учеников?

— Борода – так меня называют. Мне нравится. Было ещё одно – БТР, кадеты меня так называли, когда я был у них классным руководителем. Видимо, иногда напролом шёл, решал вопросы по‑армейски (смеётся).

— Где служили?

— В Подмосковье, в войсках ПВО. Учебка в знаменитой Кубинке – кто служил, понимает, о чём речь. Это очень серьёзная учебка, в войсках её называли дисбатом. Всё было очень строго. Но даже там я умудрился получить отпуск домой, чтобы посмотреть на родившуюся дочь.

— Современная школа сильно отличается от той, в которой вы когда‑то начинали?

— На чём была основана русская, советская школа? Там много времени отводилось на общение с детьми. Я мог просто разговаривать с ними в коридоре на перемене. В походы ходили, ездили куда‑то вместе… Ребёнка не узнаешь толком, если общаешься с ним лишь на уроке! Я выходил вместе с детьми играть в волейбол или футбол – тоже был очень неплохой контакт. При этом говорил так: если я выигрываю, то вы учите домашнее задание, если проигрываю – новый материал объясняю. Может, это непедагогично, не знаю.

— Часто выигрывали?

— Старался. Но и дети старались! Так что я периодически проигрывал (смеётся). Ко мне нормально относились и дети, и родители – с доверием, что ли. А сейчас я не успеваю с ними общаться! Бегом-бегом всё время. Надо написать отчёт, задание… Бумаги утомляют очень. Та школа, которую я люблю, которой предан, к сожалению, исчезает. Я говорю не о конкретном образовательном учреждении, а о системе в целом. Поэтому, когда старшая дочь после окончания начфака университета собралась идти работать в школу, я сказал: только через мой труп. И пошутил: лишу наследства. И она поняла, она ведь видела, что и материально это трудно. А 90-е годы помните? Вообще завал был.

— Не хотелось уйти тогда?

— Да хотелось, наверное… Но когда видел на рынке учителей математики или начальных классов, торгующих колбасой, мне не по себе становилось. Физруки в то время гоняли машины из Белоруссии. Это всё пугало. А потом, у меня есть золотое правило, я ему верен всегда – делать то, что умеешь. Я своему делу учился, считаю, что кое‑что в профессии умею.

Я уходил – в 1985–87-м работал инспектором в управлении образования. Чувствовал, что задыхаюсь: не моё это. Не могу я требовать от людей то, что считаю неправильным. Вернулся в школу – как свежего воздуха вдохнул.

Заказ на летопись

— Какой исторический период вам больше всего нравится детям объяснять?

— Обожаю XIX век, практически весь! Но больше всего нравится период Александра I, декабристы. Я и курсовую работу писал по декабристам. Мама, Надежда Николаевна, работала в библиотеке и выписывала для меня из Харькова первоисточники.

О декабристах сейчас можно всё говорить, но главное – кто тогда первым сказал «Неправильно живём»? Не крестьянин и не рабочий. Это сказал дворянин, князь! Представляете, что это за люди, какие у них были нравственные принципы, если они понимали, что живут за счёт народа и что это не вечно будет продолжаться! Бедному возмущаться легко, идти на баррикады легко. А богатому – вдруг понять, что он неправильно живёт? И пусть Ленин сказал: «Страшно далеки были они от народа», но вечная им память и вечное восхищение. И дети обожают эти темы!

А Николай I – какая фигура интересная! А «мужицкий царь» – Александр III, а Александр II – его ведь воспитывал Жуковский, друг Пушкина! Мало времени только: всего два часа в неделю на историю. А темы новые и новые наворачиваются. Но говорить об увеличении часов у меня язык не повернётся – дети загружены очень сильно.

Золотое правило Владимира Гальцова. Почему учитель не ушёл из профессии в лихие 90-еФото Владимира Юрченко

— Не задумывались, как историки будут характеризовать наше время лет через 300–400?

— Смотря кто будет учебники составлять. Сейчас о «Повести временных лет» как говорят? Что это подтасовка, новодел, что‑то вписано уже после Нестора. Нужно понимать, что все летописи писались под кого‑то. Заказ был и будет всегда – коммунистический, демократический, либеральный… Помню, когда‑то проводил урок в пятом классе, а проверяющий мне сказал: «Всё нормально, но почему не связали тему с 25-м съездом КПСС?»

— То есть идеологическая функция у истории остаётся?

— Безусловно. Не могут быть вне политики, идеологии такие предметы, как история, обществознание. Даже если лишь констатирую какие‑то факты – высказываю своё отношение, при этом идеологически я повёрнут в ту или иную сторону, и это проявляется.

Лубей и Перископ

— Приходится слышать от детей забавные ответы?

— Таких ответов полно. Мальчик развеселил: «Александр Невский был умный мужик. Он знал, что немцы наступают «пятачком». То есть он примерно помнит, что наступали «свиньёй». Или ещё: «В бою перед Куликовской битвой встретились два богатыря – Лубей и Перископ».

А на карте, бывает, Японию ищут поближе к Румынии. Тут мы посмеёмся, я говорю: «Давайте определим, где север, а где юг. Урок закончится, вы все куда идёте? В дверь с радостью, то есть на восток, а я от ваших ответов – хоть в окно, на запад» (смеётся).

Я отучил детей отвечать «не знаю». А то было раньше: задам вопрос, а он – «не знаю». Нельзя так говорить. Нужно сказать: «Я что‑то не понял, не разобрался, а вы подскажите». Нужно учиться выходить из ситуации, выражать свои мысли. В любви‑то, говорю, признаваться будешь? Надо красиво это сделать, фразы должны быть отточенные. Стараюсь разговаривать на равных, но бывает слабовато с юморком у них – может, уже не понимают моих шуток. Всё‑таки между нами всё больше и больше расстояние.

— Владимир Николаевич, для чего детям нужно знать историю?

— Знаете, какой интерес в пятом классе вызвало задание составить генеалогическое древо! Как пошли дети трясти родителей – узнавать, кем были предки. И вдруг открыли, что у одного прапрадед был купцом, у другого – дворянином, у третьего – крепостным художником. По‑моему, история – это первый путь к сохранению памяти, исторической, людской, к сохранению связи поколений. А Чернышевский сказал, что не любить историю может лишь человек, совершенно неразвитый умственно.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Девять белгородских выпускников сдали ЕГЭ по химии на 100 баллов Под Первоуральском сгорел приют для животных Белгородские бюджетные учреждения будут обслуживать энергоменеджеры Соборная площадь предстанет в новогоднем убранстве 23 декабря Топ-10 народов и народностей Белгородской области

Лента публикаций